Судебные решения, арбитраж

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ МОСКОВСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА ОТ 23.11.2011 ПО ДЕЛУ N 22-13896-2011

Разделы:
Органы управления товарищества собственников жилья; ТСЖ (товарищество собственников жилья)

Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено

МОСКОВСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 23 ноября 2011 г. по делу N 22-13896-2011


Судья: Кострюкова К.П.

Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда в составе:
председательствующего Усова В.Г.,
судей Монекина Д.И., Давыдова В.И.,
при секретаре З.,
рассмотрела в судебном заседании кассационные жалобы адвоката Расуловой М.Л., представителя потерпевшего - председателя правления ТСЖ "Я." Т.
на приговор Головинского районного суда г. Москвы от 23 августа 2011 года, которым
И., ранее не судимый,
осужден по ч. 3 ст. 160 УК РФ (в редакции ФЗ-26 от 07.03.2011 г.) к наказанию в виде штрафа в размере 100 000 (сто тысяч) рублей в доход государства.
Мера пресечения И. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.
Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи Монекина Д.И., выслушав пояснения осужденного И, адвоката Расуловой М.Л., представителя потерпевшей организации ТСЖ "Я." Ш. по доводам кассационных жалоб, просивших об отмене приговора суда, а также мнение прокурора Бобек М.А., просившей приговор суда оставить без изменения, судебная коллегия
установила:

Приговором суда И. признан виновным в совершении растраты, то есть хищения чужого имущества, вверенного виновному, совершенного с использованием своего служебного положения, в крупном размере.
Преступление совершено И. при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.
В судебном заседании, согласно приговору суда, подсудимый И. виновным себя не признал.
В кассационной жалобе и дополнении к ней адвокат Расулова М.Л. указывает, что постановленный приговор не соответствует разъяснениям Постановления Пленума ВС РФ "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате". Выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом и не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, в частности о том, что И. заключил договоры с фиктивными организациями ООО "Р.П." и ЗАО "С.". Выводы суда об осведомленности И. о фиктивности указанных фирм являются необоснованными, основаны на оглашенных показаниях свидетелей К., К. и Ф., которые сторона защиты не опровергала, но которые не подтверждают выводы суда об умысле И. на растрату денежных средств. Суд не приводит доказательств того, что И. должно было быть известно о фиктивности организаций на момент заключения договора и перечисления денежных средств. Автор жалобы отмечает, что, несмотря на то, что большинство свидетелей допрошены судом непосредственно в судебном заседании, суд в нарушение закона в основу обвинительного приговора положил их показания на предварительном следствии, от которых свидетели отказались, при этом выводы суда о причинах изменения показаний свидетелей основаны на предположениях. Та часть показаний, отраженная в протоколе судебного заседания, в частности показания ревизора Л.М.В. о недопустимости проведения ревизии М. и Н., как лицами, не обладающими специальными знаниями и не являющимися членами ревизионной комиссии ТСЖ, в приговоре оценку не получила. Судом, вопреки возражениям защиты, оглашены показания свидетелей Ш.Н.Н. и М.В.А. В приговоре суд сослался на доказательства, которые не были исследованы в судебном заседании, а именно на показания свидетеля Н.В.Г. и Д.З.М. Суд не учел обстоятельства, которые существенно могли повлиять на выводы суда, приговор основан на недопустимых доказательствах, полученных с нарушением закона. Постановленный приговор вынесен с явно выраженным обвинительным уклоном, с нарушением принципа презумпции невиновности, что выразилось в выборочном изложении показаний свидетелей и их последующей оценке, а также отклонении ходатайств защиты, направленных на истребование доказательств и исключение недопустимых доказательств. Адвокат также указывает, что инициатива в проведении ремонтных работ в ТСЖ исходила не от его председателя И., а была вызвана предписаниями АТИ САО. Отмечает, что подрядные договоры с организациями были заключены И. как председателем ТСЖ на основания решения членов правления ТСЖ, что подтверждается соответствующим протоколом. Особое внимание защита обращает на заявление М., как председателя правления ТСЖ, в отношении И. с приложением приказа о проведении инвентаризации и акта ревизии, уличающего И. в растрате, которое суд принял за доказательство, однако на момент подачи указанного заявления М. уже несколько месяцев не являлась председателем правления. В удовлетворении ходатайства защиты об исключении указанного доказательства, как недопустимого, судом было необоснованно отказано. Обращает внимание, что И. перечислил денежные средства по договору подряда за фактически выполненные ремонтные работы, что установлено в рамках предварительного расследования, и растраты в его действиях с корыстным умыслом не имеется. Защита убеждена, что при наличии факта заключения договоров и перечисления денежных средств, действия И. не образуют состав уголовно наказуемого деяния, квалифицированного как растрата, умысел на которую у него отсутствовал. Вместе с тем, указывает на нарушение судом норм уголовно-процессуального закона, выразившиеся в фактическом отсутствии протоколов судебных заседаний на день постановления приговора и возможности с их ознакомлением ввиду их несвоевременного изготовления. Просит уголовное дело прекратить, И. оправдать за отсутствием в его действиях состава преступления.
В кассационной жалобе представитель потерпевшего Т. считает приговор суда необоснованным, незаконным и подлежащим отмене, поскольку ряд обстоятельств, имеющих значение, не нашли своего отражения в приговоре суда. Указывает на то, что основанием для возбуждения настоящего уголовного дела послужило заявление М.В.А., как председателя Правления ТСЖ, коим она на тот момент не являлась с приложением акта ревизии, подписанным неправомочным составом Н. и М., которые никогда в ревизионную комиссию ТСЖ общим собранием его членов не избирались. Отмечает, что изначально по факту перерасхода денежных средств было подано заявление о проведении проверки и привлечения к уголовной ответственности самой М.В.А., являвшейся на тот момент председателем ТСЖ, по которому было получено уведомление об отказе в возбуждении уголовного дела из-за отсутствия в действиях последней состава преступления. Предполагает, что сотрудники правоохранительных органов способствовали уничтожению документов, уличающих М.В.А., инициировав заявление и составление акта ревизии в отношении И. Указанные обстоятельства судом также не оценены. Автор жалобы считает, что из приговора не следует того, что И. знал или мог знать о том, что договора заключены с фиктивными организациями. Просит отменить приговор суда, направить дело на новое судебное рассмотрение.
В возражениях на кассационную жалобу адвоката Расуловой М.Л. заместитель Головинского межрайонного прокурора Петрик С.В. считает приговор суда законным и обоснованным. Указывает, что виновность И. в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ, подтверждается доказательствами, исследованными судом в судебном заседании, в частности показаниями свидетелей, а также письменными материалами уголовного дела, которым дана оценка в приговоре. Судебное следствие проведено без нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона. Наказание, назначенное судом И., определено правильно с учетом всех обстоятельств дела и данных о его личности. Просит приговор оставить без изменения, кассационную жалобу адвоката Расуловой М.Л. без удовлетворения.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия находит приговор суда подлежащим отмене, а дело направлению на новое судебное разбирательство, в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильным применением уголовного закона, нарушением уголовно-процессуального закона.
Судебная коллегия отмечает, что в соответствии со ст. 379 УПК РФ одним из оснований отмены приговора в кассационном порядке является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой или апелляционной инстанции. На основании п. п. 3, 4 ч. 1 ст. 380 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой или апелляционной инстанции, если: при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, в приговоре не указано, по каким основаниям суд принял одни из этих доказательств и отверг другие.
Согласно закону приговор по уголовному делу постановляется после разрешения судом на основании оценки собранных по делу доказательств вопросов, указанных в ст. 299 УПК РФ, т.е. после исследования всех обстоятельств, касающихся предъявленного и поддержанного государственным обвинителем обвинения.
Если суд придет к выводу, что обвинение подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств, то он в соответствии со ст. 302 УПК РФ постановляет по делу обвинительный приговор, в котором он согласно положениям ст. ст. 307, 308 УПК РФ обязан указать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.
Эти требования закона судом по настоящему делу не выполнены в полном объеме.
Органом следствия И. обвинялся в совершении присвоения и растраты, то есть хищения чужого имущества, вверенного виновному, совершенном путем с использованием своего служебного положения, в крупном размере.
Рассмотрев в судебном заседании дело по обвинению И., суд признал его виновным в совершении растраты денежных средств, принадлежащих ТСЖ "Я.", в сумме 679 176 рублей, перечисленных по договору подряда на расчетные счета заведомо для Игнатова фиктивных организаций - ООО "Р.П." и ЗАО "С.". При этом суд исключил из обвинения И. признак присвоения вверенного ему имущества, поскольку факт присвоения, то есть обращения похищенных денежных средств в свою собственность, в ходе судебного следствия не доказан.
Соглашаясь с доводами кассационной жалобы адвоката о недоказанности судом корыстной цели инкриминируемого И. преступления, судебная коллегия отмечает, что, суд, исключив признак присвоения вверенного имущества из обвинения Игнатова, не учел, что обязательным признаком хищения путем растраты должно являться наличие у лица корыстной цели, то есть стремления изъять и (или) обратить чужое имущество в свою пользу либо распорядиться указанным имуществом как своим собственным, в том числе путем передачи его в обладание других лиц. Между тем, таких обстоятельств судом в приговоре не приведено, а ссылка суда на то, что денежные средства в собственности И. не находились, а были им незаконно отчуждены в результате замены правомерного владения на незаконное пользование и распоряжение, не может служить свидетельством и доказательством наличия у И. корыстной цели.
При этом, доводы стороны защиты об отсутствии в действиях И. признаков инкриминируемого состава преступления, поскольку денежные средства были переведены за выполненные подрядные работы на счета организаций, о фиктивности которых подсудимый не знал, судом должным образом не проверены и в приговоре надлежащей оценки суда не получили.
Приводя обстоятельства, установленные судом, и доказательства виновности И., изложенные в приговоре, судебная коллегия соглашается с доводами кассационной жалобы о том, что судом проверка доказательств проведена не в полном объеме, а все доказательства в совокупности не получили в приговоре должной оценки.
Так, в соответствии со ст. 381 ч. 1 УПК РФ одним из оснований отмены приговора в кассационном порядке является нарушение уголовно-процессуального закона, а именно такие нарушения, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора.
Из протокола судебного заседания (т. 5 л.д. 159) следует, что суд при наличии возражений со стороны И. и адвоката принял решение об оглашении показаний свидетеля М.В.А., данных ею в ходе предварительного следствия, без допроса указанных лиц в судебном заседании "виду невозможности установления местонахождения указанного свидетеля". Однако, в статье 281 ч. 2 УПК РФ имеется исчерпывающий перечень обстоятельств, позволяющих огласить показания свидетеля или потерпевшего без его непосредственного допроса в судебном заседании.
Между тем, выводы суда о возможности оглашения показаний данного свидетеля ничем не подтверждены. Должных мер к вызову в судебное заседание свидетеля М.В.А. судом не принято: в материалах уголовного дела отсутствуют сведения о направлении свидетелю повесток, телеграмм, телефонограмм. Имеющийся в материалах дела рапорт судебных приставов о невозможности обеспечить явку в судебное заседание свидетеля М.А.В., проживающей по адресу 1, не свидетельствует о надлежащем исполнении судом обязанностей по вызову в судебное заседание свидетелей, поскольку в материалах дела имеются сведения, что М.В.А. проживает по месту регистрации 2 (т. 4 л.д. 130), а согласно заявлению М.В.А. от 14 июля 2011 года (т. 5 л.д. 136) связаться с ней можно по электронной почте.
Кроме того, согласно протоколу судебного заседания, информация о мерах, принятых судом для обеспечения явки свидетеля М. в суд, до сведения участников процесса не доводилась, рапорта судебных приставов, заявление свидетеля М. к материалам уголовного дела не приобщались. Таким образом, выводы суда о возможности оглашения показаний свидетеля М.В.А. не подтверждены доказательствами и являются преждевременными.
При таких обстоятельствах, судом не принято должных мер к обеспечению прав стороны защиты, предусмотренных ст. 278 УПК РФ, задать свидетелям соответствующие вопросы, поскольку показания свидетелей оспариваются и ставятся под сомнение, что повлекло нарушение права И. на защиту, и на что справедливо указано автором кассационной жалобы, решение суда об оглашении показаний свидетеля судебная коллегия признает нарушающим принцип равноправия и состязательности сторон.
Более того, в основу обвинительного приговора легли показания свидетелей, которые не были исследованы в ходе судебного заседания.
Так, суд признал достоверными показания свидетеля Д.З.М. (т. 3 л.д. 254 - 257), данные им в ходе предварительного следствия (т. 5 л.д. 206, 214). Между тем, как обоснованно указано в кассационной жалобе адвоката, указанные показания свидетеля Д.З.М. в судебном заседании не оглашались. Как следует из протокола судебного заседания, в суде был допрошен иной свидетель Д.З.М., и именно показания свидетеля Д.З.М. (т. 3 л.д. 254 - 257) были оглашены судом в судебном заседании - т. 5 л.д. 66,68. При этом выводы суда об изменении показаний свидетелем Д.З.М. в связи со страхом (т. 5 л.д. 214) не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, являются предположением, поскольку, как указано выше, свидетель Д. судом не допрашивался, а свидетель Д. отказался от показаний свидетеля Д., заявив, что таких показаний не давал.
Кроме того, показания свидетеля Н.В.Г., который был допрошен в ходе судебного заседания, в приговоре суда не приведены, а в основу обвинительного приговора легли показания свидетеля Н.В.Г., данные им в ходе предварительного следствия, которые согласно протоколу судебного заседания, судом не оглашались. (т. 5 л.д. 114 - 117)
Несмотря на существенные противоречия в показаниях указанных свидетелей, суд указанные показания положил в основу приговора, надлежащим образом не мотивировав свои выводы.
На основании ст. 87 УПК РФ суд обязан проверить представленные сторонами доказательства путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство. Статья 88 УПК РФ предусматривает оценку каждого доказательства с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.
Анализ состоявшегося в отношении И. приговора дает основания констатировать, что суд фактически устранился от оценки собранных по делу доказательств. Содержащаяся в приговоре ссылка на то, что версия И. опровергается совокупностью приведенных в приговоре доказательств, не может быть признана убедительным основанием, по которому суд отвергает доказательства, представленные стороной защиты.
Таким образом, суд не оценил каждое из представленных ему доказательств отдельно, не сопоставил доказательства между собой, игнорируя тот факт, что большинство показаний свидетелей обвинения в суде и в ходе предварительного следствия противоречивы.
Такой подход суда к оценке доказательств по делу не соответствует требованиям ст. 88 УПК РФ, согласно которой он обязан дать оценку не только каждому доказательству в отдельности, но и всей их совокупности, поскольку каждое доказательство в отдельности может касаться лишь отдельных обстоятельств, подлежащих доказыванию, и только их совокупность дает возможность установить все обстоятельства, имеющие значение по делу.
Более того, судебная коллегия отмечает, что отсутствие протокола судебного заседания в соответствии со ст. 381 ч. 2 п. 11 УПК РФ является безусловным основанием к отмене приговора. Как следует из материалов уголовного дела, 3 мая 2011 года назначено предварительное слушание по уголовному делу на 12 мая 2011 года, при этом судебное заседание в рамках предварительного слушания проведено 16 марта 2010 года (т. 5 л.д. 2,21). Кроме того, согласно протоколу свидетели М.В.П. и Ш.С.С. были допрошены в судебном заседании 23 июня 2011 года, в то время как подписка свидетеля датирована судьей 20 мая 2011 года (т. 5 л.д. 55, 69 - 75); а подписка свидетеля Д.З.М. (т. 5 л.д. 59) вообще не имеет даты.
Поскольку вышеперечисленные нарушения требований уголовно-процессуального закона, касающиеся порядка проверки и оценки доказательств, соблюдения процедуры судопроизводства, могли повлиять на правильность выводов суда и принятого по делу решения, судебная коллегия признает их существенными, а состоявшийся в отношении И. приговор, не отвечающий требованиям ст. ст. 379, 380, 381, 382 и 305 УПК РФ, - незаконным, необоснованным и подлежащим отмене с направлением дела на новое судебное разбирательство со стадии предварительного слушания в связи с отсутствием надлежащим образом оформленного протокола судебного заседания.
При новом разбирательстве дела суду необходимо с соблюдением всех требований уголовно-процессуального законодательства с учетом доводов кассационных жалоб, полно, объективно, с учетом принципа осуществления судопроизводства на основе состязательности сторон, в пределах фабулы предъявленного обвинения исследовать представленные сторонами доказательства, дать им надлежащую оценку и принять по делу законное, обоснованное и справедливое решение.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия
определила:

Приговор Головинского районного суда г. Москвы от 23 августа 2011 года в отношении И. отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе, со стадии предварительного слушания.















© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "DOMOVODSTVO.RU | Теория и практика управления многоквартирным домом" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)